Menu
75 лет назад наш город был освобожден от фашистов

75 лет назад наш город был освобожд…

Значок, памятные таблички...

Новости 17.01.2018

Новости 17.01.2018

НОУТБУКИ И ПРИНТЕРЫ В Ми...

Произведено в нашем районе

Произведено в нашем районе

В конце минувшего года пр...

Налоговая уведомляет

Налоговая уведомляет

 Межрайонная ИФНС России...

Военная служба по контракту

Военная служба по контракту

Военный комиссариат город...

Новый врач-онколог

Новый врач-онколог

В ЦРБ Миллеровского район...

Конкурс на замещение должности

Конкурс на замещение должности

Администрация Миллеровско...

День участкового

День участкового

В районе прошла акция «Де...

Тестовый запуск второго мультиплекса

Тестовый запуск второго мультиплекс…

На всей территории Ростов...

"Справедливая Россия" поддержит Путина

"Справедливая Россия" под…

В Москве прошел девятый с...

Окунаемся правильно

Окунаемся правильно

В Сочельник  прихожане от...

Пред След
Реклама в газете Реклама для физических лиц в Миллерово
Реклама в Миллерово

Уважаемые читатели! С 1 июля 2016 года архив номеров газеты «Наш край» доступен только подписчикам PDF-версии.

Четыре бездны. Казачья сага

Четыре бездны. Казачья сага

Часть 2. СТАРЫЙ И НОВЫЙ МИР

Отец и дед многие годы стойко держали обиду на смутьяна, самовольно оставившего семью и, вдобавок, без зазрения совести проигнорировавшего аж две их нижайшие просьбы: «Немного побеситься в городе и, отведя душу, вернуться домой с какими-либо деньжатами. Или, на худой конец, забрать к себе законную жену, не позоря ни её, ни родню». Они, как им казалось, навсегда исключили упрямца из семьи. Но когда получили письмо, сразу обмякли, промучились всю ночь в нелёгких думах и послали-таки в город с ответным письмом и гостинцами Николку. 

 

 * * *

 Николка Некрасов дотоле из деревни ни разу не выезжал, поэтому городская суета его страшно напугала. Он целый день бестолково бродил по человеческому муравейнику и всё никак не мог отыскать больницу, в которой лежал брат. Только под вечер он, отбив ноги о мощёные камнем и асфальтом дороги и скособочив каблуки новеньких хромовых сапог, наконец нашёл её. Но, страшась запаха лекарств, долго не решался войти в дверь. А когда всё-таки вошёл и увидел людей в белых халатах, совсем растерялся и застыл прямо у порога. 

 – Николка! Ты ли это? – вскричал Пётр, как раз прогуливавшийся по коридору на костылях, и быстро заскакал к брату. – Николка! Ты ли это? – в удивлении повторил он, когда прискакал.

 – Я, Петро! Я! – засуетился Николка, не зная куда деть сумки с гостинцами.

 – Нет-нет! – возмутился Пётр. – Это я там, в хуторе, Петро. А тут, Пётр Константинович. И ты меня по-другому не называй. Понятно?

 – Понятно, – недовольно пробурчал Николка. – А я тогда Николай Константинович. И ты меня тоже по-другому не называй. Понятно?

 – Понятно!.. – со смехом обнял Пётр младшего брата прямо с костылями в руках и, не выпуская его из объятий, стал приставать с многочисленными простецкими вопросами о домашней жизни. 

 – Да хорошо мы живём. Хорошо. Отстань! – в негодовании оттолкнул от себя Петра Николай. – Прилип, как репей! Баба я тебе, что ли? Разобнимался тута! Гостинцев вот привёз! – бросил он сумки на пол.

 – Погоди, не ворчи, – шутливо стукнул Пётр брата костылём под зад. – Скажи лучше, откуда вы узнали, что я в больнице?

– Сорока на хвосте новость принесла.

– А по правде?

– Хороший человек написал. Друг какой-то.

– Это Мосягин! Ну, зараза, я ему покажу! 

– За что? Наоборот, молодец он.

 – Это точно! – радостно стукнул Пётр костылями по полу.

 Николка, несмотря на уверенную говорливость брата на городском наречии, продолжал с опаской озираться по сторонам.

 – Да ты проходи! К столу садись! – плечом затолкал Пётр брата, растерянно топтавшегося на одном месте, в свою больничную палату и усадил за обеденный столик. Он налил ему в гранёный стакан компоту из алюминиевого чайника, пододвинул кулёк с конфетами и вкрадчиво спросил: 

 – Ну, как вы там всё-таки?

 – Да, ничего. Сестёр замуж повыдавали. 

 – Да ты что?! – удивился Пётр. – Вот летит время! И за кого же?

 – Марусю за Василя Федулова, а Нюру за Семёна Локтева.

 – Ого, сколько родни прибавилось! А как мама с бабушкой? Как отец с дедом? – скороговоркой затараторил Пётр.

 – Мог бы и про Феню спросить! – недовольно буркнул Николай и небрежно оттолкнул от себя сладости.

 – И то верно, – достал Пётр из тумбочки большую грушу, вспомнив, что брат с детства не любит сладостей, заменяя их фруктами и овощами, и в смущении поинтересовался. – Как она там?

 – У нас живёт, и по тебе дюже скучает. Велела передать, что ждать будет до скончания века. Потому как жена тебе законная перед людьми и Богом.

 – Ух ты-и-и!.. – присвистнул Пётр и стал нервно постукивать ступнями по полу. – Ну и дела!

 – Да уладится всё. Не переживай, а то на здоровье скажется, – виновато забормотал Николай, понимая, что именно он растревожил брата. 

 – Ерунда. Со здоровьем всё в порядке. Ещё недельку посплю на досках, и делу конец.

 – Это ещё зачем?

 – Чтобы отростки на позвоночнике срослись правильно.

 – А-а... А мы, по правде говоря, думали, ты совсем недвижимый.

 – Движимый. Ещё какой движимый, – отставил Пётр в сторону костыли и достал из-под подушки ключ. – Держи! – протянул он брату. – Это от квартиры. Хозяйка моя добрая, примет как полагается. Я только черкану ей записку...

 – Погоди-погоди! – мелькнул в глазах Николая испуг. – Я же в городе заблужусь скорее, чем в дремучем лесу!

 – Не волнуйся. Тебя проводит вот этот товарищ, – ткнул Пётр пальцем в дюжего широкоплечего парня, закрывшего своей крупной массой табурет в углу палаты так, что со стороны казалось будто он не сидит, а висит в пространстве. – Это тот самый Мосягин. Шахтёр! Ни за что на свете не подведёт! – весело добавил он, видя, что испуг на лице брата не проходит.

 И тут в палату вихрем ворвался сухонький очкастый старичок в белом халате и повелительно прокричал сипловатым голосом:

 – Свистать всех наверх! 

 – Это главный врач. Бывший моряк. Объявил, что время для посещения больных окончилось, – шепнул Пётр брату и выпроводил его из палаты.

 * * *

 Две недели ожидал Николай Некрасов из больницы старшего брата в снимаемой им квартире и в первые дни едва сам не заболел от тоски.

 Его вовсе не привлекал бестолково-суетливый, как ему казалось, образ жизни горожан, и он никуда не выходил из комнаты без нужды. Сидел у окна и всё мечтал о жизни в своих широких, привольных степях, на чистейшем, настоянном на аромате полевых трав воздухе. 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вверх страницы

Разделы

Реклама в Миллерово

Местные новости

Инструменты

О нас

Будьте в курсе

Яндекс.Метрика