Menu
Основой цифровой экономики Дона станет развитие телекоммуникационных технологий

Основой цифровой экономики Дона ста…

Цифровая экономика  основ...

Миллеровцев пригласили в гости военнослужащие истребительного полка,  базирующегося в поселке Долотинка

Миллеровцев пригласили в гости воен…

Накануне Дня Военно-возду...

Защита прав инвалидов

Защита прав инвалидов

Миллеровской межрайонной ...

Наказание ужесточилось

Наказание ужесточилось

Областным законом от 04.0...

Вниманию налогоплательщиков!

Вниманию налогоплательщиков!

Межрайонная инспекция ФНС...

Новости 15.08.2018

Новости 15.08.2018

ОПРЕДЕЛЕНО МЕСТО РАЗМЕЩЕН...

У Нептуна в Ивановке

У Нептуна в Ивановке

В Ивановском сельском дом...

Новых домов больше

Новых домов больше

Последние годы у нас  поя...

Есть трехмиллиардное яйцо!

Есть трехмиллиардное яйцо!

Как подсчитали экономисты...

Школы  готовы

Школы готовы

В ходе подготовки общеобр...

О порядке использования гражданами  средств регионального материнского капитала

О порядке использования гражданами …

В целях реализации Област...

Пред След

Уважаемые читатели! С 1 июля 2016 года архив номеров газеты «Наш край» доступен только подписчикам PDF-версии.

Реклама в газете Реклама для физических лиц в Миллерово
Реклама в Миллерово

Четыре бездны. Казачья сага

Часть 2. СТАРЫЙ И НОВЫЙ МИР

– Да чёрт с ним! Нехай брешет!

 – Говори, Петюшка. Говори. Не слухай его тёмного.*

 

 – Да, что тут говорить. Как ни крути, а сообща всегда легче землю обрабатывать. Это любой скажет, кто работал в артели дяди Кирея-однорукого. Да вот хотя бы Николка.

 – Это верно, – поддержал Николай брата.

 – Я вам так скажу, – вмешался в спор Дмитрий. – Раз властя того желають, значить, всё до тонкостев продумали. Нечего зазря голову ломать. Вступать, и точка!

 – А как же! Обязательно! Иначе все затупатим в Сибирь! – съязвил Константин.

 – Ты, брат, вечно с подковырками к новым властям! Гляди, не обожгись!

 – Да уж как-нибудь!.. А ты, коль такой умный, отделяйся от нас и дуй в колхоз на общественный харч! Небось, дюже растолстеешь!

 – Отделюсь! И Петро отделится!

 – Интересно, что эта землеройка от нас могёт выделить?

 – Петру выделять нечего – это точно. А Фене есть что. Она наравне с нами не покладала рук. И приданое хорошее в дом принесла.

 – Причём тут Феня?

 – А притом. Куда иголка – туда и нитка.

 – Да как же это?! Семью разрознять?! Не-е па-азволю!.. – задохнулся в гневе Константин.

 – Кончай бузить! – приказал сыновьям Степан Кондратьевич, хлопнув ладонью по столу. – Вот зачнётся на всю катушку энта... Как её?..

 – Коллективизация, – подсказал Николка.

 – Ну да, будь она неладна! Тада и кумекать будем, как быть. А пока, молчок! Ешьте, да пейте, што Бог послал. И не накликайте на свои головы беду.

 – Оно, конешно, можно и помолчать. Да ить и про колхоз, понимаешь ли, дюже хочется погутарить, – не желал упускать инициативу дед Примак. – Я слыхал, там всё будить обчественное. И земля, и скот, и одёжа. И даже бабы с детишками! Во веселья!.. Энто да-а!.. Точно вам говорю!

 – Ты, Ляксей Ляксеич, не баламуть тута. Ступай к своей бабке, там и ляскай,* – стал Степан Кондратьевич вежливо выталкивать подвыпившего деда Примака в чулан – он в последнее время категорически не переносил его пророческой болтовни.

 – Петя, а правда... – уцепился неугомонный дед обеими руками за дверную притолоку и затих.

 – Что, правда? – засмеялся Пётр над комичной позой деда. 

 – Што кажному казаку, прибившемуся к колхозу, припруть из города трактру железную?

 – Думаю, правда. Только не каждому.

 – А что все люди будуть гуртом спать в одной опчей хате, тоже правда?

 – А вот это брехня! И ты, дедуня, не пугай зазря народ своими глупостями! А то я хоть и люблю тебя дюже, а всё равно когда-нибудь обложу матом! – пригрозил Дмитрий и помог отцу выпихнуть пьяненького Примака в чулан.

 * * *

 Феня за долгие годы разлуки безмерно соскучилась по мужу, которого успела страстно полюбить всего за полмесяца совместной жизни, но истинных чувств поначалу старалась не выдавать – тая обиду, что до сих пор не познала радости материнства. Но первая же ночь всё поставила на свои места – её нежное, отзывчивое сердечко, не способное хранить злобу, снова неудержимо забилось от счастья и своей страстью расшевелило ледяной айсберг. Равнодушная холодная глыба, застывшая в груди Петра, постепенно подтаяла и уплыла в знойный океан любви, где окончательно растаяла и открыла путь к единению двух душ, создавших новую жизнь, импульсивно забившуюся под сердцем Фени.

 В семейном тепле и уюте Пётр быстро выздоровел. И уже в первых числах января, к великому неудовольствию родителей и жены, считавших, что он вернулся насовсем, засобирался обратно на шахту. 

 – Сынок, ты бы хоть Рожество* с нами отпраздновал, – взмолилась мать.

 – Прости, мама, не могу, – твёрдо сказал Пётр. – Пятого числа я обязан быть на работе.

 – Езжай-езжай! – глухо пробурчал отец. – Мы-то без тебя проживём. А вот ты?..

 Прощаясь с Феней, Пётр 

виновато отвёл глаза в сторону и сконфуженно проронил:

 – Родишь сына, назови Алексеем.

– В честь деда Примака, что ли? –

возмутилась Феня сквозь слёзы.

 – Нет. В честь красного командира Сильвестрова. Он научил меня понимать жизнь. 

 

 Глава 18. НАСТЁНКА

 

 1929 год выдался для жителей сельской местности необычайно трудным и нервным. По решению XV съезда ВКП (б), состоявшегося ещё в декабре 1927 года, на деревне началась массовая, насильственная коллективизация. Все сёла и деревни, станицы и хутора, аулы и кишлаки должны были в предельно короткий срок стать колхозами.

Люди, привыкшие к единоличной жизни, на первых порах никак не могли взять в толк, для чего это нужно и сознательно стали бойкотировать, как говорилось в официальных сводках: «Первой важности государственное мероприятие». Они прятали в тайниках зерно, резали на мясо скот, портили инвентарь и даже оказывали сопротивление. Подобные деяния ни для кого не прошли бесследно. Все лица, причастные к бойкоту и сопротивлениям, немедленно были вывезены вместе с семьями, в сопровождении сотрудников ГПУ, в далёкую, холодную Сибирь – откуда многие из них уже не вернулись никогда.

 Вместе с виновными зачастую отправлялись и ни в чём неповинные люди – из-за простой человеческой мести и зависти, и даже из-за обыкновенного самодурства. 

           -----------------

*Тёмный – неграмотный.

*Ляскать – говорить лишь бы что (пустословить); врать.

*Рожество – староказачье произношение Рождества.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вверх страницы

Разделы

Реклама в Миллерово

Местные новости

Инструменты

О нас

Будьте в курсе

Яндекс.Метрика