Menu
Первый завтрак  для озимой

Первый завтрак для озимой

Едва сошел снег с полей, ...

Вместо подушки безопасности — тайник с сигаретами

Вместо подушки безопасности — тайни…

В зону таможенного контро...

Новости 23.03.2019

Новости 23.03.2019

НА КОНКУРС В ОБЛАСТЬ В а...

Формула счастья

Формула счастья

Люди давно ищут формулу с...

«Шире круг» собрал друзей

«Шире круг» собрал друзей

В титовском сельском доме...

Географический калейдоскоп

Географический калейдоскоп

В очередной раз учителя г...

Что нужно знать ИП при переходе на онлайн ККТ

Что нужно знать ИП при переходе на …

Реформа по переходу на он...

Границу между Ростовской и Воронежской областями внесли в Единый госреестр недвижимости

Границу между Ростовской и Воронежс…

В марте 2019 года Федерал...

В районном доме культуры прошел театральный детский фестиваль

В районном доме культуры прошел теа…

Накануне международного д...

Пред След

Контактный телефон редакции - 8(86385)3-03-87, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.  
С 1 июля 2016 года архив номеров газеты «Наш край» доступен только подписчикам PDF-версии.

Реклама в газете Реклама для физических лиц в Миллерово
Реклама в Миллерово

Четыре бездны. Казачья сага

Часть 3.  НОВЫЙ МИР

Глава 21. 

ПОСЕВНАЯ КАМПАНИЯ

Кампания по сбору посевных семян от населения шла на Верхнем Дону трудновато. Добровольцев, сдавших зерно в общий котёл, было совсем мало. Да и те сдавали скупо, скорее, для отвода глаз. Райкомовские руководители, не удовлетворённые таким поворотом событий, разослали по всем колхозам своих уполномоченных, которые должны были оказать агитационную помощь. 

 

* * *

 В колхоз «Октябрь» приехал под самый вечер двадцатипятитысячник с труднопроизносимой фамилией, которую никто из хуторян так и не запомнил. Он собрал в правлении руководителей всех рангов – от председателя до кладовщика – и без всякого предисловия истерично закричал:

 – Это прямой саботаж! Я, как представитель власти, требую от вас решительных мер! Вплоть до арестов!

Говорил двадцатипятитысячник долго, грубо и витиевато. Из его речи можно было разобрать только одно – зерно необходимо забрать силой, а всех несговорчивых примерно наказать. 

 – Сила не поможет, – возразил Пётр Некрасов. – Мы обозлим народ, да и только.

 – Плевать на кулацкую злобу! Я завтра лично отправлюсь по дворам и покажу, как следует разговаривать с контрой! 

 Бурная и самонадеянная речь двадцатипятитысячника всех пригвоздила к стульям. Даже Романов был озадачен. Он тоже был коммунистом-двадцатипятитысячником, тоже искренне радел за скорейшую и полную коллективизацию сельского хозяйства, но, в отличие от уполномоченного, отчётливо понимал: слишком жёсткие принудительные меры ни к чему хорошему не приведут. Казаки испокон веков любят вольницу и в любой момент могут восстать, как это уже бывало в восемнадцатом и девятнадцатом годах. Однако достойных аргументов против представителя районной власти, до основания нашпигованного марксистско-ленинской теорией и новыми сталинскими лозунгами, к тому же ещё облачённого более высокими полномочиями, он не нашёл.

 По домам все расходились угрюмыми, с опущенными головами. Только Ефрем, всегда готовый выслужиться перед начальством, был в приподнятом настроении. Он то и дело сбегал сбок дороги, лепил снежки и, балагуря, бросал в товарищей – он уже предчувствовал для себя новое приключение.

 Пётр в тот злополучный вечер был сам не свой. К удивлению родных, отказался от ужина и сразу ушёл спать. Но заснуть никак не мог. В его голове скакал огромный табун разношёрстных мыслей. Большинство из них были мрачными, обрывистыми и порой жутко нелепыми. Они скакали рысью и галопом, подпрыгивали, спотыкались и никак не хотели остановиться. Только под утро они приморились и пошли шагом, и он забылся тяжким, тревожным сном.

 Феня, чувствуя тревогу мужа, старалась ему не докучать. Но утром, обуреваемая страстью, не вытерпела.

 – Ласковая какая!.. Язви её в душу!.. Разве от такой оторвёшься!.. – удовлетворённо ворчал Пётр, на ходу напяливая на себя новенький овчинный полушубок.

 Занятый своими мыслями, он неожиданно столкнулся на крыльце лоб в лоб с отцом.

 – Чё ты там бельмечешь себе под нос, – рассердился Константин, – будто помешанный? 

 – Злюсь на себя.

 – С какой стати?

 – Да проспа-а-ал... – протяжно прокричал Пётр, споткнувшись о ногу отца. 

 – Твою мать, в бригаду лятить, как на собственный баз!.. – незлобно выругался Константин, с усмешкой глядя, как сын кубарем катится по ступенькам. А когда Пётр вскочил и стал суетливо отряхиваться от снега, доложил: 

– Ефрем с уполномоченным чуть свет на санях попёрлись по той стороне речки в конец хутора. Видать, с Кобелёвки начнут народ шерстить.

 – Я его самого, с-сукиного сына, шерстить буду! – чертыхнулся Пётр и кинулся зануздывать молодую, строптивую кобылку, накануне выбранную им из колхозного табуна, которую отец уже вывел из стойла. Но работа не заладилась, его движения замедлял узковатый, ещё не разношенный полушубок.

 Константин звучно расхохотался, наблюдая за неловкими, смешными движениями сына, и не по годам ретиво сбежал с крыльца. Он плечом оттолкнул Петра от кобылки, играючи зануздал её и пошутил:

 – Учись, пока я живой!

 Пётр поблагодарил отца, расстегнул на полушубке верхнюю пуговицу и молодцевато вскочил в седло. Кобылка норовисто взбрыкнула, но, почувствовав властного седока, сразу успокоилась и послушно заплясала на месте. Пётр отпустил поводья, и она радостно пошла со двора рысью, часто перебирая ногами. 

В поле, в левадах и балках ещё лежал запоздалый снег. Снежное, обледеневшее за ночь покрывало искрилось на утреннем мартовском солнышке тысячами ярких, радужных лучиков. Бесшабашные лучики беспорядочно прыгали и порхали в пространстве, и в конце концов сливались в один мощный поток света, до боли резавший глаза. Пётр щурился, то и дело смахивал шерстяной варежкой с покрасневших на морозце щёк непроизвольно лившиеся слёзы. Он плохо видел и едва не налетел на всём скаку на стариков Ёрушкиных, топтавшихся голыми ногами посреди дороги. Лошадь сама свернула в сторону и спасла стариков от смерти.

 Пётр туго натянул поводья и, подёргивая за левую узду, заколесил вокруг стариков, не желая верить своим глазам.

 – Это кто же вас так унизил? – виновато спросил он, слегка успокоившись после нескольких кругов.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вверх страницы

Важное

Реклама в Миллерово

О нас

Будьте в курсе

 


Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/nashkrai/public_html/libraries/joomla/filter/input.php on line 660

Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/nashkrai/public_html/libraries/joomla/filter/input.php on line 663